«ОЧИ МОИХ ГЛАЗ, УДЕЛ МОЕГО УДЕЛА...»

(Минералов Ю.И. Река времён. М.: Издательство Литературного института им. А.М. Горького, 2008. 304 стр.)

 

Новая книга Юрия Минералова прежде всего поэтическая. Ее основу составляет лирика (преимущественно последних нескольких лет; раннее творчество — в разделе «советские годы»). Однако открывает и заканчивает — обрамляет — «Реку времен» проза; тут преобладают художественно-документальные «исторические композиции».

Ю. Минералов начинал в литературе как поэт. Затем стал профессором Литературного института, написал для студентов учебники по русской литературе от XVIII до конца XX веков, несколько литературоведческих книг, пять лет назад был удостоен звания заслуженного деятеля науки России, — а параллельно издавал новые книги своих стихов («Красный иноходец», 1995; «Хроники пасмурной Терры», 2000; «О, солнце мое!», 2003).

«Река времен» — пока последняя и самая объемная книга. Конкретно ее название, как лично разъяснил мне автор, намекает на древнюю реку Пра в рязанской Мещере. Но понятно, что такое заглавие отсылает и к последней оде Г.Р. Державина — «Река времен в своем стремленьи уносит все дела людей. И топит в пропасти забвенья народы, царства и царей».

Интересно, что в книге Ю. Минералова по разным поводам рисуются словесные портреты «царей» и связанных с ними исторических эпох — Петра I, Екатерины II, Наполеона, Александра I, Николая I, И.В. Сталина, Хрущева и др.

Открывается же поэтический раздел книги стихотворением «Попы Минераловы»:

 

Деды мои из таёжных глубин
в первых советских годах
не убежали в Париж и в Харбин —
просто остались в приходах.

«Опиум» — веру — людям несли,
власти советов не внемля.
Паству сажали — а их замели
прямо в сибирскую землю.

 

Здесь и история предков (Юрий Минералов по отцовской линии из духовного сословия), здесь и образ трагической эпохи. Православие для автора с такой семейной историей — не модное увлечение, а родной дом и основа духовной силы Отечества. Об этом  стихотворение «Православие»:

 

Но пусто в церкви оказалось.

Глядишь кругом. Ну и Москва!

Хотя вот старичок с вокзала —

узлы, рюкзак… Издалека.

 

Поет, не гаснет хор свечей

да два-три певчих. Литургия.

Пред Богом служит иерей.

Молчи: и так вы вся Россия.

 

Так вводится одна из злободневных тем о сегодняшней судьбе Отечества, изначально зиждившегося на молитве и патриотизме своих верных верующих граждан. В отношении недругов Отечества Ю. Минералов дает волю и простор своей иронии — стихотворения «Митинг» (о хрущевских временах), «Шушенское» (о сегодняшней судьбе знаменитого села), «Плесень» (о «новых русских») и др.). В стихотворении «Адмиралу Горшкову — товару и человеку» (о готовящейся продаже за границу крейсера «Адмирал Горшков»), насмешливо используются интонации стихотворения Маяковского «Товарищу Нетте — пароходу и человеку».

Особое, по-своему центральное место в книге принадлежит темам глубоко личным — любовной, семейной. Любовные стихотворения («Ноктюрн», «Романс», «Помню вечер: бурунов разбег…», «Цыганочка моя! я жду тебя в метро», «Не только то, как ты красива…») составляют своеобразную лирическую поэму.

Полагаю, одним из лучших стихотворений о любви в отечественной поэзии последнего времени стала минераловская «Песнь песней» (приведем первую строфу):

 

Очи моих глаз, удел моего удела,
губы моих губ, тело моего тела,
страсть страсти моей (о, молчу, это лишне!)...
Мама моего маленького сынишки.

 

Темы прозаических «исторических композиций» связаны с двумя Отечественными войнами и их героями. Композиции посвящены Багратиону и артиллерийскому капитану Ивану Жиркевичу («Аустерлицкие туманы»), Кутузову и другим героям Бородина («Фиаско Бонапарта»); двадцатипятилетнему Михаилу Орлову, в одиночку добившемуся в 1814 году сдачи нам французской столицы («Капитуляция Парижа»); графу Матвею Дмитриеву-Мамонову, приведшему на Бородинское поле целый полк из своих вооруженных и экипированных крестьян («Князь Мономах» цветастой русской фронды»); герою обороны Москвы — бившему фашистские танки на бородинском поле в начале Великой Отечественной — полковнику В.И. Полосухину («Жаркая зима 1941 года»). Кстати, и в прозе автор иногда переходит на стихи — например, в этот рассказ про оборону Москвы сибирскими стрелками вклинивается стихотворение «Сугробы», в котором вот такой сюрприз получают немцы, вдали от передовой повылезавшие из танков, чтобы перекусить:

 

Вояки жрут и тараторят.

Мол, русиш швайн, мороз суров...

В сребро одетые просторы,

да ворон зырит на сугроб.

 

Фашисты б долго проболтали.

Но по команде в миг один

сугробы белые восстали.

Под маскхалатом карабин.

 

Увидели, отставив хохот,

как во весь рост на них идет,

выцеливая зверя с ходу,

сибирский лыжный разведвзвод.

 

Есть в книге и автобиографическое эссе. Мысли автора о современном состоянии и будущем России исполнены горечи: «Что будет со страной? К сожалению, один из невеселых вариантов видится таким. Лет через десять-двадцать, шаг за шагом «освободив» нас разными «законными» путями от ядерного оружия, в западных СМИ «миротворцы» (которых эмоциональные люди уже прозвали «натофашистами») поднимут истерическую антироссийскую кампанию, демонизируют нас в глазах своих послушных, одурманенных пропагандой и равнодушных мещан, а затем Россию сладостно и безопасно для себя пробомбят (раз в пятьдесят масштабнее, чем сербов в 1999 году) — ибо нам помнят и 1945 год, и 1814 год, и революцию, позвавшую мир сей с пути гнусного эгоизма и морального скотства, и наше многолетнее лидерство в космосе… А хорошенько нам показав, «кто мы есть», измочаленную страну (теперь сырьевую базу «мирового сообщества») постараются расчленить в «гуманитарных целях» — частей этак на семь». Однако, как замечает автор, «есть, конечно, надежда и на более приятные варианты. Все-таки — и это главное — человек предполагает, а Бог располагает». Таков финал книги.

«Река времён» Минералова —  это искренний гражданский пафос, кстати, мастером которого был в свое время Державин. Это полноводная «река» русского слова — от древних времен («Слово о полку Игореве», «Повесть о разорении Рязани Батыем») до сегодняшнего дня.

 

Сергей Васильев